быстрый переход к контенту, к меню, к карте сайта
скрыть меню показать меню |  Карта сайта АНО газета "Здравствуйте, люди !"


Март 2009г
Стр. 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16
март 2009 стр 13  Здравствуйте, Люди! газета ВОИ Нижний Новгород

Черпачок из Святколодца

В издательстве «Дятловы горы» вышла очередная (14-я) книга нашего постоянного автора Бориса Жукова. «Черпачок из Святколодца» (о языке родной деревни).
Борис Жуков – заслуженный учитель РФ, член Союза журналистов России, лауреат премии Нижнего Новгорода, горячий патриот своей малой родины. Ей он посвятил сборники стихов: «Памятник деревне», «Корень жизни», «Вдогонку».
С другой стороны, он всегда тяготел к лингво-литературоведческим исследованиям. В разное время в разных изданиях опубликованы его работы о языке Пушкина, Лермонтова, Некрасова, Маяковского, Есенина.
«Черпачок из Святколодца» объединил обе его страсти. Эта книга побуждает к серьезным раздумьям о судьбе русского языка, деревни, народа, России.
Публикуем с некоторыми сокращениями вступительную статью к ней.

«Бессмертие народа – в его языке»
Чингиз Айтматов

Святой колодец – отрада моего детства, родник на полпути от деревни к лесу, ключ, бьющий из-под глиняной горы, потому второе его название – Глинище. Ах, как он манил к себе в знойный день, когда возвращаешься с полным кузовком грибов или ягод! Неказистый внешне: полусгнивший сруб, неудобный подход, мутноватый от болотистого ила ручей, бегущий от него к речке. Но вода в колодце! Чиста, как слёзка, вкусна – сыт не напьёшься, и, видимо, целебна:
зубы ломит, но никто никогда не простужался. И всегда на срубе его какая-то чаплыжка, кандейка – готовый к услугам путника черпачок.
Вот таким же мне кажется язык моей деревни: внешне грубый, жёсткий, неправильный, но по сути хрустально-прозрачный, выразительно-вкусный, восхищающий и врачующий.
Позвольте, дорогие читатели, предложить вам скромный черпачок из этого кладезя.
Неисчислимые беды, обрушившиеся за последнее время на русский язык: вопиющая безграмотность, стилистическая небрежность, лексическая эклектика, сленговая тарабарщина, засилье иностранщины, замусоренность вульгаризмами и матерщиной — дают все основания говорить о вытеснении правильной речи каким-то чудовищным суррогатом.
Бодряческие заявления: «Наш язык, не впервые атакующийся со всех сторон, выдюжит, перемелет все напластования», - мне кажутся неубедительными, потому что никаких серьёзных мер по защите «великого и могучего» не предпринимается.
Но если с этими бедами при желании можно справиться, то есть и беда непоправимая – оскудение языковых недр (народных говоров).
А ведь именно народные говоры лежат в основе общепонятного, образцового, эталонного языка, который принято называть литературным. Он тот же народный, но, так сказать, окультуренный мастерами слова: писателями, артистами, языковедами.
Десятки тысяч деревень за годы «демократических» реформ ушли в небытие. В их числе и Вычурки Гагинского района Нижегородской области, деревня, где я родился и вырос. С каждой порушенной деревней уходит свой, особенный, говор, особенный мир общения, воззрений, чувствований.
Безвозвратно теряется масса удивительно точных для обозначения предметов, фактов, явлений слов: утиральник, подмаз, тяпка, мешалка; слов-образов: глаголь (самоварная труба), вздрючить, пришипиться; слов-характеристик (с их экспрессией, их эмоциональным зарядом): выворотень, шигонажка, охлёсток... Навсегда могут быть забытыми мудрейшие афоризмы: хитёр: сядет на семь – девять выведет; ну, мчимся десятый час девяту версту – только вёшечки летят; загадки: пышная, румяная, но всё равно костлявая (вишня), на суше – не взглянешь, в воде – не насмотришься (поплавок); присловья: ешь собака, да незнама; ёдова короб – и в лес, всё дома хлеб не ест.
А народное умение нарисовать словесную картину! Буран — тору не знать; невестёшка-то бы ничего, да больно морды много.
Так могли говорить мои земляки-вычуряне. В Ляпне, что всего-то в 3 км, иной склад речи, иной выговор. У нас ытойди, ыгурец, у них - утойди, угурец; у нас не чпыряйся, у них не суляйся (и то, и другое означает не толкайся); у нас поташ жечь, у них купальницу палить, т. е. разводить костёр.
Хвастаться вычурским говором не приходится: произношение грубейшее.
Кроме жёсткого О в неударных слогах (это про нас: Чай, кОрОва-тО пила, а брюхО-тО хОлОднО), ещё и иканье, и даже ёканье. Дед Сирьга (вместо Серьга), присняк (вместо пресняк), билинка (вместо беленка).
Мы умудрялись выговаривать Ё (вместо Е), как безударное: бёгу, сёдой, нибёса. Особенно грубо звучало чёво, тогда как в соседних акающих сёлах говорилось чаво (в Ушакове), чиво (в Звереве). Как для большинства диалектов, для вычурской речи характерны были краткие окончания прилагательных и местоимений: така разумна; всяка: жилезна и диривянна;
стяжения в отчествах и глагольных окончаниях: Иван Николав, слышь, хворат шибко; народная этимология:
мазелин (вместо вазелин); соотнесение заимствованных слов с русскими по звучанию: у них, знашь, каке протяжи-та (французское протеже превратилось в протяжи)...
Если наши учителя говорили примерно так же, можно представить, каково было выучиться грамотному письму. А уж орфоэпией пришлось заниматься всю жизнь.
Но это не главное. Яркость, выразительность «вычурского» языка позволила мне дать ответы на некоторые лингвистические вопросы или, по крайней мере, предложить свои версии объяснения «непоняток»: облый (прожорливый, ненасытный), снеток (сливки), зги (стьги) не видно, (стёжки-дорожки под ногами), бОтать по-фене, (ботАть по-офеньи)…
Однажды я услышал по областному радио рассказ некоего автора о новой книге о Валерии Чкалове. Ведущая спросила, не задумывался ли он о происхождении этой фамилии, и тот высказал предположение, что в основе фамилии Чкалов – слово чка (по Далю, льдина). У поэта Александра Фигарева есть стихи, в которых говорится, что эта фамилия от слова чкать (бить). Но в том и другом случае фамилия была бы Чков или Чкин (даже не Чкаев и не Чкатов), потому что русские фамилии образуются от основы слова (здесь от корня чк) и суффикса -ов, -ев, -ын, -ин. И я вспомнил, что в нашей деревне были в ходу слова чкалять (толкать), очкалить (осалить), зачкалить (зашвырнуть). Возможно, мастер толкнуть с силой, попасть в цель, ловко забросить что-то, назывался (допустим, имел прозвище) Чкал, т. е. сильный, меткий, ловкий. Вот от этого-то Чкал скорее всего и произошла фамилия Чкалов. А Валерий Павлович с лихвою оправдывал её.
Я составил словарь «вычурского» языка, тех особенных слов, которые употреблялись только в нашей деревне и не вошли в общеизвестные словари, в том числе и в словарь Даля, и слов знакомых, но с совершенно иным значением. К первым относятся:
дибеть, хизнутъ, стяблый, ятный, чирукон, разинька; ко вторым – брусок (пескарь), погода (снегопад), колено (звено жестяной трубы, соединяющей голландку с печью), царить (миловаться). Наверное, какие-то слова отнесены к «вычурским» весьма условно, они употребительны и в других говорах (краля, дрюпнуться, чай, инда), но уж очень кажутся «нашенскими ».
К словарю я добавил собрание неизвестных или малоизвестных пословиц, поговорок, присловий, загадок, а в качестве приложения – мои наблюдения над синонимическим богатством, метафоричностью народного языка и кое-что из истории отдельных слов.
Всё это – чтоб лишний раз подчеркнуть, как наблюдателен, как мудр, как поэтичен русский мужик. Горько слышать, как Радио России «дурачит» деревню издёвкой: Корову продали – мобилу купили, а Ваське-братану – костюм спортивный: жениться собрался.
Чтоб дошло до властей предержащих, как преступно рушить деревню, от коей и вся Русь-то пошла. Деревня не хлебом единым нас кормила, но была и истоком высокой нравственности и духовности. Об этом свидетельствуют и народный язык, и малые формы устного народного творчества.
Нельзя допустить, чтобы кладезь первородной речевой свежести, изобразительности и выразительности забивался хламом жаргонов, мишурой варваризмов, мерзостью нецензурщины и уж тем более иссякал, исчезал безвозвратно.
Было бы здорово, если б мой скромный почин нашёл отклик у энтузиастов других регионов. А Институт русского языка РАН продолжил бы выпуск «Словарей народного говора» (у меня есть такой по д. Деулино Рязанской области).
Жалею об одном: ничего не записывал, когда мои Вычурки были живы (их нет уже 23 года), и представляю лишь то немногое, что сохранила моя память. А если память что и сохранила, то благодаря долголетнему общению с моей бабушкой, прожившей 98 лет (умерла 44 года назад) и мамой, ушедшей из жизни в 87-летнем возрасте в 1995 году. Их светлой памяти я и посвящаю свою работу.

Подшивка 2008-2019 г. Подпишись на газету «Здравствуйте, люди!»
Подписной индекс ПР710. Оплати родителям подписку!
Loading

Главный Редактор Владимир ДолговО газете "Здравствуйте, люди!": Адрес редакции 603076, Нижний Новгород, пр. Ленина, 54а, к 216, тел. +7(831)2505343, email: gazeta-social@yandex.ru Давайте сотрудничать!

Газета зарегистрирована Управлением Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия по Приволжскому федеральному округу. Свидетельство ПИ № ТУ 52-0171 от 6 августа 2009 г. Рукописи не рецензируются и не возвращаются. Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций. Подписной индекс 31167
О сайте invamagazine.ru: Copyright©2007-2019. All rights reserved
WebMastering AnisNN: admin@anisnn.ru


На предприятиях Нижегородского ВОИООО ПК «Инва Тех»


НОУ УПК «Нижегородец-Н» ВОИ
По вопросам размещения информации тел (831) 250-53-43